112 Views

Between the Third Rome and the Third Reich

translated by Dmitry Manin

Between the Third Rome and the Third Reich
Tanks, like doves, keep flying.
Every war reminds me that I’m a kike
And all yellow stars are mine…
Angst splatters like mercury, and the fears
In my breast carve a gaping hole.
And every bullet leaves rips and tears
In the white robe of my soul…

Between the Third Rome and the Third Reich,
A clockwork canary warbles.
Stuck in the bitter Spring, it cries
That the world’s getting used to wars,
That bodies again fertilize the land,
Graveyards cross-stitch the fields…
You patch your soul with the chores at hand
And hope someday it heals.

Between the Third Rome and the Third Reich,
The clock keeps its circular score.
The iron hand loops on itself, the clock strikes:
Crows. Bomb craters. War.

This March

translated by Dmitry Manin

This March moves the clock hands back by a hundred years,
And the world is sliced in half by a razor-edged lie.
They said it could never happen – it happened alright.
Helplessness shrouds your eyes, as if with tears.
Cherries bloom, the moon plunges down from its starry loft,
The murdered city is buried in an ashen flurry…
There are no miracles here, it’s a Torah story,
Where on one side it’s dark –
on the other, love.

Never believe him who calls to kill for faith…
Those who couldn’t lull their conscience to silence, fled.
This is not bestial, but humanal horror and dread,
Far worse than anything animals could come up with.
Where are we headed? Any stone age leaves stark
Corpses behind as it draws the drapes in a hurry.
There are no miracles here, it’s a Torah story,
Where on one side it’s love –
on the other, dark.

* * *

От Третьего Рима до Третьего Рейха,
Как голуби, танки летят.
Я с каждой войной вспоминаю: еврейка.
Мне жёлтые звёзды блестят…
Беда растекается ртутью, и страхи
Под рёбрами роют нору.
И каждая пуля на белой рубахе
Души оставляет дыру…

От Третьего Рима до Третьего Рейха,
Зажатая в горькой весне,
Поёт механическая канарейка,
Что мир привыкает к войне.
Что пашни опять удобряют телами,
Поля расшивают крестом…
Ты дыры в душе затыкаешь делами,
Кивая: ”Залечим потом”.

От Третьего Рима до Третьего Рейха
По кругу идут времена.
Считает минуты железная стрелка:
Воронка, ворона, война…

* * *

Это март переводит время на век назад,
Это мир разрезан надвое острой ложью.
Говорили: “не может быть”, а гляди-ка — может!
И бессилие опускается на глаза.
Зацветает вишня, месяц идёт на дно,
Засыпает свежий пепел убитый город…
Никаких чудес, история вся из Торы.
Где с одной стороны любовь,
а с другой — темно.

Кто зовёт убивать за веру, тому не верь…
Кто не смог убаюкать совесть, пустился в бегство.
В этом действе царит не зверство, а человекство.
Это много страшнее, чем может придумать зверь.
Что же будет с нами?.. Каменный век любой
Оставляет трупы и закрывает шторы.
Никаких чудес, история вся из Торы.
Где с одной стороны темно,
а с другой — любовь.

Светлана Менделева

Менделева Светлана Годимовна родилась 7 ноября. Окончила Московский институт нефти и химии им. Губкина по специальности Прикладная математика. С мужем — Александром Менделевым познакомились в институте на почве совместной любви к авторской песне. В 1991 году супруги переехали жить в Израиль. Светлана Менделева - лауреат национальной премии "Олива Иерусалима". Автор книги стихов, семи дисков песен и серии картин. Публиковалась в "Антологии авторской песни" Дмитрия Сухарева, "Иерусалимском Журнале", журналах "45-я Параллель", "Кругозор", "Белый Ворон", "Артикль" и других. Работает программистом.