192 Views

Боевики Навального

я боевик Навального, я берсерк
мир без майданов слишком уныл и сер
профиль Обамы выколот на груди
давишь гусей бульдозером, значит, жди

нас отбирали с детства, спаяв в отряд
тренировали в портлендских лагерях
гранты, печеньки, ненависть без франшиз
воля к победе, наш либерал-фашизм

новое дело, новый благой урок
сырость подвала, связанный прокурор
бритва, утюг, признание в воровстве
скотч и багажник, чаща, овраг, расстрел

в сердце — бессмертный американский гимн
каждый из нас страшней, чем отряд ИГИЛ
долларов пачки против духовных скреп
взят Кировлес, теперь мы идем к Москве

Что-то пошло не так

все те же семь бед и все тот же один ответ
искать путь к себе, ковыряясь в гнилой ботве
потемки души и придуманная черта
ты все еще жив, значит, что-то пошло не так

уже не берет… и не пофиг ли, кем ты был
шагнувшим вперед на зеленый сигнал судьбы
сжигать рубежи — просто очередной этап
ты все еще жив, значит, что-то пошло не так

не пофиг ли кто… и не пофиг ли, где и с кем
стандартный итог для бредущего по доске
считать этажи, вспоминая, как мог летать
но ты еще жив, значит, что-то пошло не так

Своих не бросаем

своих не бросаем, своим прикрываем тыл
нарядные сани, сверкающие мосты
рука руку моет, рука руку золотит
мы пули в обойме, мы зерна в одной горсти

своих не бросаем, и пойман — уже не вор
идущие сзади подпишутся за него
он неприкасаем — найдем, на кого свалить
свои — это стая, все лучшее — для своих

свои — это выше, чем совесть, закон и честь
народ еще дышит — отвлечь их, не важно, чем
пусть верными псами расстелются — мы же власть
своих не бросаем, покуда есть, что украсть

Обочина

добраться до ночи бы… всем есть, куда спешить
блокируй обочину, лучше бы во всю ширь
спешат их высочества, давится пылью чернь
блокируй обочину, что за вопрос, зачем

текущая очередь или закон тайги
терпеть больше мочи нет тех, кто умней других
приемы отточены, жми эту тварь в кювет
блокируй обочину, передавай привет

закон озабочен лишь тем, чтобы стричь бабло
твои полномочия — бескомпромиссный блок
терпенье просрочено, все разрешится тут
блокируй обочину, выблядки не пройдут

Статистика

вечная слава гению Сталина… бросьте нас в пламя, чтоб не остыло
сердце из сплава скроет окалина, ствол вороненый в бритый затылок
красное знамя — стяг добродетели — выжжет на сердце новую истину:
смерть человека – это трагедия, смерть миллионов – это статистика

поступью веры, маршем величия, вкусом баланды, вонью сортира
прошлое наше порохом вычертит судьбы героя и дезертира
да, мы прорвались, только к победе ли… скованы руки, челюсти стиснуты
смерть человека – это трагедия, смерть миллионов – это статистика

жесткая хватка добрых намерений, в сырость подвала из кабинета
сердце, что бьется тише и медленней под гимнастеркой темного цвета
за идеалы — мы их не предали… уши привыкли к стонам и выстрелам
смерть человека – это трагедия, смерть миллионов – это статистика

СССР

пионерская комната, горн и флаги, красный день отрывного календаря
буржуины, фашисты, зарница, лагерь, барабан и колонны по двое в ряд
Кибальчиш и Тимур, декабристы, Герцен, эскимо, газировка и рыбий жир
беспросветный совок прорастает в сердце… Ленин жил, Ленин жив, Ленин будет жить

демонстрация, шарик, партийный лозунг, транспарант, Беломор и пивной ларек
мировые арены, штыки, угрозы — все враждебнее вихри над Октябрем
мы привыкли, чтоб дружно и по приказу, мы привыкли над пропастью да во ржи
метастазы совка поражают разум… Ленин жил, Ленин жив, Ленин будет жить

ПТУ, проходная, станок, конвейер, пятилетка, Госплан и ударный труд
жить становится лучше и веселее, а народные подвиги не умрут
Бангладеш, Мозамбик, Сальвадор, Корея, Никарагуа, Йемен, Вьетнам, Алжир
чем подлее победа, тем больше греет… Ленин жил, Ленин жив, Ленин будет жить

мы привыкли смиряться, терпеть и верить и брести в день грядущий, чего-то ждя
мы привыкли к лишениям и потерям, был бы крепок священный сапог вождя
и колотится сердце неудержимо — устоим, коль есть вера в святой режим
колбаса по два двадцать и строки гимна… Ленин жил, Ленин жив, Ленин будет жить

Инерция

эта стылая тишина… у нее нет дна
ни условностей, ни границ… ни имен, ни лиц
мы платили за все сполна — все вернулось нам
в круговерти чужих страниц и пустых бойниц

ты играешь чужую роль, что легко порой
проникаешь в чужую жизнь, забывая жить
словно мякоть под кожурой, наши чувства в строй
а невзятые рубежи — как сплетенья жил

в этой жизни кого-то жрут, а кого-то ждут
свежий ветер родных широт и цветочный мед
как мечта устоять на льду и поймать звезду
по инерции шаг вперед… но внутри ты мертв

* * *

проще добить — как правило первой помощи… цели уже поставлены, хватит духа ли
скрепы скрипели, гнили на грядках овощи, рупоры агитпропа жужжали мухами
пьяный мужик смеялся и крыл по матери, гордо крестилась баба, кряхтя да охая
нынче травили дружно врагов-предателей… завтра придут за вами — мне будет по хую

хрен отсидитесь в норах, прикрывшись боженькой, ленточки не спасут от ножа репрессии
будущее страны было вами брошено в пропасть средневекового мракобесия
это ваш выбор — путь искандера/тополя, время покажет суть — хорошо ли, плохо ли
барин сходил с ума, а холопы хлопали… завтра придут за вами — мне будет по хую

верьте и дальше лживой кремлевской нечисти, жрите отбросы, спите в своей блевотине
выдавленными каплями человечности плюйте в лицо лишенной свободы Родине
рвите толпой, стреляйте на поражение… по хую… наше прошлое стерто, выжжено
больше не будет мира и уважения, даже когда все кончится… если выживем

Гибридная эпоха распада

в этой гонке — достичь абсолютного дна — беспристрастный судья не запишет сход с трассы
но волшебное чувство окупит сполна, когда ты д’Артаньян, а кругом пидарасы
только рыльце в пушку, и не нужно пиздеть, мол, свое отстоим, а чужого не надо
твоя совесть мертва, и покоится здесь — первой жертвой гибридной эпохи распада

и опять крестным ходом в чужой монастырь со своим эфэсбэшно-церковным уставом
от рассвета ничтожных к триумфу пустых — оседлали идею, но легче не стало
оптимизм безнадежных — гулять так гулять, но химеры минувшего дышат на ладан
ты внесешь свою лепту — частичку гнилья — под фундамент гибридной эпохи распада

Закольцованно-плюшевое

правда закольцевалась клеверною развязкой
мы зарастаем ложью, словно болотной ряской
пьяная от гордыни, рыхлая биомасса
молится на фантомы телеиконостаса

больше кровавых зрелищ, хлеба уже не надо
больше священной злости, трэша, угара, ада
все, что тебя волнует, все, что тебя затронет
больше костей и пепла, больше могильной вони

плюшевые обиды, плюшевые победы
снова нас кто-то клюнул, снова нас кто-то предал
клеверною развязкой правда закольцевалась
плюшевые мишутки, плюшевая реальность

Белые стены

в одной из инерциальных систем отсчета
закроется дверь, погаснет табличка «выход»
рассказывай, как спалось, дорогое лихо
прости, что пришлось так грубо тебя будить
смотреть в пустоту с извечным вопросом: кто ты?
здесь белые стены, здесь необычно тихо
так тихо бывает перед ударом в дыхло
здесь белые стены, здесь ты всегда один

что в каждой мечте, идее, спонтанной шизе
финалом пути — заброшенный полустанок
здесь белые стены, здесь тебя не достанут
рожденным на дне не страшно идти ко дну
на тридцать седьмом году своей сраной жизни
исчерпан лимит, и выбора не осталось
а только уничтожающая усталость
здесь белые стены, здесь тебя не найдут

Скрепы

под сырым навозом цветут идеи
моложаво крепнут опоры власти
опрокинув стопку, мужик балдеет
и хрипит от счастья

черепа пустые заполнит рухлядь
формируя спрос, оживляй химеры
от благой молитвы распухло брюхо
это чувство меры

чей черед принять легитимность страха
чей черед признать правоту решений
нанести клеймо социальной страты
и надеть ошейник

Вадим Фомин

Творчество Вадима Фомина - поле непрекращающейся битвы разочаровавшегося циника с еще не утратившим надежды романтиком. Сквозь клубок внутренних и внешних противоречий Вадим Фомин приглашает читателя в путешествие по темной стороне реальности и, если повезет, увидеть в конце свет.